Можно ли заметить риск подростковой зависимости еще до того, как проблема стала очевидной родителям, учителям и самому ребенку?
В этих целях в России ежегодно осенью проводится социально-психологическое тестирование — СПТ. Для большинства родителей эта аббревиатура мало о чем говорит, хотя речь идет о большой государственной системе ранней профилактики зависимого поведения среди подростков, начиная с 13 лет.
Само тестирование не определяет, употребляет ребенок психоактивные вещества или нет, и тем более не ставит диагноз. В нем важно увидеть, например, склонность к риску, импульсивность или повышенную тревожность, и одновременно то, что помогает подростку противостоять неблагоприятному влиянию: поддержку семьи и сверстников, самоконтроль, социальную активность.
Проще говоря, система пытается заметить проблему раньше, чем она успеет стать серьезной.
Один тест - большая работа
Со стороны процесс может выглядеть просто: подросток отвечает на вопросы, программа получает результат.
На практике за этим стоит гораздо больше.
Перед тестированием школе необходимо объяснить детям и родителям, зачем вообще проводится СПТ. Развеять опасения подростков: кто увидит ответы, что будет с результатами, не последуют ли какие-то санкции, ответить на вопросы родителей.
В рекомендациях Минпросвещения на 2026/27 учебный год образовательным организациям отдельно предписано проводить разъяснительную работу с родителями и мотивировать детей к участию. Здесь особенно нужен школьный психолог, как специалист, способный спокойно объяснить смысл тестирования и снять тревогу.
Затем начинается менее заметная часть работы: организовать само тестирование, обработать результаты, сформировать необходимые документы, разобраться в полученных показателях и на их основе планировать профилактическую работу.
И все это часто делает тот же психолог. По сути одному человеку в школе необходимо провести и предварительную работу с детьми и родителями, и организовать технический процесс тестирования, обработку данных.
Что здесь могут сделать технологии
Когда СПТ проводится одновременно в сотнях школ региона, речь уже идет не просто о тесте, а о большом информационном процессе. Помогают в его реализации специализированные цифровые системы, одной школе и школьному психологу достаточно непросто провести все этапы госпрограммы самостоятельно.
Причем такую систему нельзя однажды разработать и оставить без изменений. Сама методика СПТ развивается, корректируются показатели и правила обработки результатов. Программное обеспечение не только необходимо создать, но и постоянно адаптировать.
Помогающую функцию берут на себя разработчики ПО. Они автоматизируют серьезный объем операций «невидимой» работы психолога. Один из таких разработчиков — красноярская компания «Региональные информационные системы» (РегИС). Ее программный комплекс автоматизирует проведение социально-психологического тестирования по Единой методике: обрабатывает и интерпретирует результаты, формирует протоколы и отчетность, позволяет получать сводную аналитику по образовательным организациям и региону.
Помимо технической настройки системы, разработчик ведет информационное сопровождение психологов и процесса тестирования – его проходят до 120 тысяч респондентов в день, обеспечивает безопасность в условиях DDoS и других кибер-атак и многое другое.
Вернуть психологу время
Сам тест - только начало. После него психологу еще предстоит работать с результатами.
И здесь логика цифровизации постепенно меняется. Вопрос уже не только в том, как быстрее провести СПТ, а в том, какие еще рутинные задачи можно снять со специалиста.
Если само тестирование преимущественно автоматизировано, то расчет результатов психолог сейчас делает в ручную, что занимает несколько часов по каждому классу.
Именно в этом направлении РегИС развивает «Кабинет психолога» Нестика https://nestika.ru - инструмент, который должен помочь с обработкой результатов СПТ, систематизацией данных и подготовкой необходимых материалов, с помощью нее можно проводить и автоматически рассчитывать результаты тестирования по другим методикам.
Смысл здесь достаточно простой. Программа может считать показатели, сводить данные и оформлять типовые документы, но она не поговорит с подростком, который оказался в сложной ситуации, не объяснит родителям, что происходит с ребенком, не проведет профилактическую работу с классом. Это работа человека!
И если технология действительно сокращает время на технические операции, то ее социальный эффект измеряется не количеством сформированных отчетов, а временем, которое удалось вернуть психологу.
Не заменить специалиста, а помочь ему
СПТ само по себе, конечно, не решит проблему подростковых зависимостей. Но оно дает возможность увидеть риски раньше и вовремя начать профилактическую работу.
Государство создает общую систему и методику. Школы проводят тестирование. Психологи работают с детьми. А технологические компании помогают сделать этот масштабный процесс управляемым и менее трудоемким.
Возможно, именно так и должна работать цифровизация в социальной сфере: не создавать специалисту еще один кабинет, пароль и отчет, а постепенно убирать с его стола рутинные задачи.
Чтобы психолог меньше времени проводил за обработкой результатов и больше с теми, ради кого все это тестирование вообще проводится.